Я, пудель той по имени Дариус, родился в Москве. Имя я выбрал себе сам. С первого же дня, как я попал в армянскую семью, я был окружен вниманием, заботой и любовью. Папа везде ходил со мной по городу, даже брал на работу, где все меня любили, особенно женщины. В свои четыре месяца я уже успел побывать в Италии, Австрии и Германии. Там мой брат научил меня разным приемам, что было очень смешно, так как они думали, что я цирковая собака и меня нужно дрессировать. Хорошо, что папа понял, что мне нужно воспитание, а не дрессировка, и поэтому отменил все занятия с кинологами и просто стал обращаться ко мне как к своему младшему сыну.
Мои братья и сестра, няня и все многочисленные суровые дяди в офисе и милые женщины души во мне не чаяли. Поскольку Москва не самый чистый город, особенно зимой, из-за меня мы переехали жить за город, где было много пространства для бега, а снег был таким чистым, что после улицы не было смысла меня купать или чистить лапы.
Мы с папой очень часто ходили на встречи в разные офисы и рестораны, и везде я был в центре внимания. Некоторые люди думали, что я бессмысленная собака, и соответсвенно обращались ко мне, и мне было очень смешно. Во всех ресторанах можно было четко понять, где сидим мы с папой, так как все дети собирались рядом с нами, думая, что я живая игрушка. Я терпел, никого никогда не укусил.
Я мог ходить везде: в офисы, рестораны, кино, магазины. И везде мне были рады. Первым делом мне приносили воду. Меня всегда смешили собаки, которые, увидев меня, начинали лаять. Я смотрел на папу и глазами говорил: "Какие же глупые создания эти собаки".
Как я любил море, вы не можете себе представить. Мне бросали игрушку в воду, и я вытаскивал её оттуда. Все умилялись. А когда какой-нибудь местный делал замечание, что здесь нельзя находиться с собаками, весь пляж смотрел на него так, что он быстро уходил прочь.
Но почему-то папа никогда не брал меня к себе на родину в Ереван, и я не понимал, почему, но очень хотел туда с ним…
