6 июня, в самый разгар предвыборной кампании, Антикоррупционный суд под председательством судьи Арама Григоряна арестовал на один месяц вице-председателя РПА, бывшего министра образования и науки Армена Ашотяна. Дело относится к событиям примерно десятилетней давности. В течение длительного времени по нему не проводилось никаких следственных действий, а последний допрос состоялся в конце 2019 года. В рамках того же дела уголовное преследование возбуждено в отношении семи лиц: Армена Ашотяна, бывшего председателя Комитета государственных доходов Гагика Хачатряна и его сына Артема Хачатряна, бывшего министра обороны Вигена Саргсяна, бывшего ректора Брюсовского университета Гаяне Гаспарян, а также Артура Айвазяна и Арутюна Тадевосяна.
По данным Следственного комитета, они, злоупотребляя должностным положением, организовали коррупционную схему, в результате которой земельный участок площадью 451,1 кв. м в Ереване, оцененный прокуратурой примерно в 208 млн драмов, был передан частным лицам. Впоследствии имущество было продано, а затем зарегистрировано на имя Артема Хачатряна.
Адвокат Армена Ашотяна Тигран Атанесян в беседе с «Грапарак» сообщил, что в 2019 году его подзащитный был допрошен в качестве свидетеля. «Мы уже забыли об этом деле — там ничего нет. В 2019 году было несколько подобных дел, большинство из которых закрыли. По этому делу, по которому сейчас арестовали и судят моего подзащитного, мне казалось, что производство также было прекращено. Это было абсолютно “спящее” дело, и его, неизвестно почему, решили вновь активизировать», — отметил Атанесян.
На вопрос о том, какие именно действия, по версии правоохранительных органов, совершил Ашотян, адвокат ответил, что в материалах дела это фактически не отражено. «За государственное имущество были уплачены деньги, которые поступили в государственный бюджет. Я не могу сказать, что именно, по их мнению, он сделал. Главное для них — наличие бумаги и печати, а содержание документа значения не имеет. Речь идет о государственном имуществе, которое было отчуждено по цене, превышающей его стоимость. Причем решение об отчуждении принимал не Ашотян, а правительство. Мы спрашиваем следователя, какое именно имущество было незаконно приобретено и впоследствии “отмыто”, но ответа нет. Если по предыдущему делу они хотя бы что-то придумали, то здесь не придумали даже этого — потому что ничего нет», — заявил адвокат.
По его словам, бывший чиновник не допрашивался в качестве обвиняемого, однако ранее был допрошен как свидетель и дал показания объемом 6–7 страниц. «Это обычная сделка. Никто не получил ни копейки незаконной выгоды, имущество было продано по высокой цене. Я вообще не понимаю, о чем идет речь. Это обычное администрирование. Если бы имущество продали по заниженной цене, тогда можно было бы говорить о причинении ущерба. Экспертиза проводилась дважды, и в обоих случаях оценочная стоимость оказалась ниже той цены, по которой имущество было реализовано», — подчеркнул Атанесян.
Говоря о сроках давности, адвокат отметил: «Поскольку срок давности истек, прокуратура пытается решить проблему, добавляя к делу обвинение в “отмывании денег”, зачастую без достаточных оснований. Эту статью сегодня приписывают практически ко всем делам. Более того, по пока не уточненным, но полученным из надежного источника данным, за последние два года в Армении по статье об отмывании денег было возбуждено больше уголовных дел, чем во всех странах Европейского союза вместе взятых».
Анна Папикян
