Вчера мы писали о том, что министр образования, науки, культуры и спорта (ОНКС) Жанна Андреасян предложила директору фонда «Музей-институт Геноцида армян» Эдите Гзоян написать заявление об увольнении. Она пригрозила: если та не напишет его добровольно, ее уволят. По слухам, официальным обоснованием министерства стало то, что Гзоян якобы не контролирует должным образом строительные работы в мемориальном комплексе Цицернакаберд, что, к слову, не входит в ее обязанности.
По нашим сведениям, директор решила не сопротивляться и написать заявление об уходе. Однако коллектив взбунтовался и призвал директора не спешить. Сотрудники направили письмо премьер-министру с просьбой разъяснить причины очередной смены руководителя музея-института. Ответ из аппарата премьера был переадресован министру ОНКС, а сотрудники музея еинодушно поддержали директора и призвали ее не сдаваться и не подавать заявление. По нашей информации, полномочия сложил и председатель совета попечителей фонда «Музей-институт Геноцида армян» Раймонд Геворкян — известный ученый-геноцидолог из диаспоры. В коллективе считают, что Жанна Андреасян решила избавиться от Эдиты Гзоян, поскольку она «не их человек», и хотят назначить на этот пост своего кандидата. Примечательно то, что Гзоян активно работает на международных площадках, занимается вопросами признания Геноцида и публикует научные стати, что, по мнению сотрудников, могло вызвать недовольство нынешних властей. Они хотят как можно скорее избавиться от нее и назначить на ее место антинациональное лицо.
По некоторым сведениям, давление на директора усилилось после визита вице-президента США Джей Ди Вэнса в Армению и его посещения мемориального комплекса Цицернакаберд. Известно, что во время визита Вэнса и его супруги 10 февраля ни один представитель властей Армении не сопровождал их в мемориальном комплексе. Министр Жанна Андреасян формально встретила делегацию у входа и затем покинула территорию комплекса, возможно, чтобы не обидеть своих турецких друзей. Экскурсию для американского вице-президента проводила Эдита Гзоян.
Как сообщается на официальном сайте музея, Гзоян рассказала гостям об истории создания мемориального комплекса и о Стене памяти, в нишах которой размещены сосуды с землей с могил иностранных общественных и политических деятелей, интеллектуалов и миссионеров, выступивших против массовых погромов и Геноцида армян в Османской империи в конце XIX — начале XX веков. Она также упомянула деятельность Генри Моргентау и Клары Бартон, подчеркнув, что благодаря их работе американское общество было хорошо осведомлено о трагедии армян в Османской империи, а признание Геноцида армян Соединенными Штатами стало данью памяти этим людям.
Кроме того, директор музея рассказала о трех хачкарах, установленных на территории Цицернакаберда в память о жертвах погромов армян в Сумгаите, Кировабаде (Гандзаке) и Баку, а также о пяти ополченцах, похороненных напротив Стены памяти в годы Арцахской освободительной борьбы, подчеркнув связь этих событий с трагедией Геноцида армян. Эдита Гзоян также передала Джей Ди Вэнсу книги о Геноциде армян и проблеме Арцаха. В книге почетных гостей музея Вэнс оставил запись: «С глубоким уважением к потерянным жизням мы чтим стойкость и непоколебимый дух армянского народа. Пусть Америка и Армения вместе стремятся к миру и взаимопониманию».
По некоторым сведениям, именно упоминание темы Арцаха и передача книг по этой теме могли стать реальной причиной давления на директора музея. Власти, пытающаяся стереть Арцах, пришла в ярость от этого шага директора, который они расценили как попытку противодействия их политической линии.
Вчера нам не удалось напрямую поговорить с Эдитой Гзоян — на звонок ответил ученый секретарь музея, из слов которого стало понятно, что директора фактически вынуждают написать заявление, однако окончательное решение пока не принято.
Сегодня мы также поговорили с научным сотрудником музея, бывшим директором Суреном Манукяном. Он сообщил, что ситуация остается неопределенной и, вероятно, станет яснее в начале следующей недели. По его словам, сотрудникам музея не сообщили официальную причину возможного увольнения. «Нам ничего не известно. Всё, что я скажу, будет из области предположений», — отметил Манукян.
Мы спросили, начались ли процессы по увольнению после визита Вэнса и стал ли этот визит последней каплей. «Знаете, нам ничего не говорили в таком контексте», — ответил Манукян.
На вопрос о том, что же им всё-таки сообщили, он сказал: «В вашей публикации вы писали, что поднимались вопросы, связанные со строительными работами, и вы правильно отметили, что это не в нашей компетенции. Мы не строительная компания и не можем этим заниматься. Заказчиком является правительство, и именно оно должно этим заниматься. Нас, во всяком случае, никто ни о чем не информирует. Мы находимся в состоянии неопределенности и ждем, что будет дальше. Что касается визита Вэнса, скажу, что так было всегда — это не отклонение от нашей повестки. Всем делегациям выдается установленный пакет, и ничего экстраординарного не произошло». Сурен Манукян также отметил, что не хочет строить догадки о том, почему Гзоян оказалась под прицелом исполнительной власти: «Немного сложно читать чужие мысли. Могу лишь сказать, что лично я очень доволен нашим нынешним директором. Если посмотреть на результаты нашей работы, был проделан огромный объем: никогда ранее не публиковалось столько научных статей, мы организовали конференции, выполняем свою работу должным образом».
На вопрос о том, возможно ли, что не стоило проявлять такую активность, учитывая позиции властей по вопросам Геноцида и Арцаха, Манукян ответил: «Не могу сказать. В голову другого человека не залезешь. Мы просто нормально делаем свою работу, а то, как это будет оценено разными людьми, — уже их проблема». Манукян также добавил, что слышал о том, что председатель совета попечителей написал заявление об уходе в знак протеста. Он подчеркнул, что в период руководства Гзоян коллектив был сплоченным, сотрудники выступают против ее ухода и не знают, кого правительство рассматривает на ее место. Отвечая на вопрос о возможном обращении к премьер-министру с письмом, он сказал: «Не знаю, возможно, обращались».
P.S. В Министерстве образования, науки, культуры и спорта отказались сообщить СМИ, получили ли они заявление об увольнении директора, и предложили направить письменный запрос.
Лусине Шахвердян
