Собеседник Грапарак — доктор экономических наук, профессор Татул Манасерян.
— Год, в том числе экономический, в самом разгаре. Какие у вас прогнозы на 2026 год?
— Важно отметить, что 2026 год по разным причинам является труднопредсказуемым. Это обусловлено, во-первых, серьезными геополитическими изменениями, особенно процессами в нашем регионе, включая фактор возможного открытия границы с Турция и потенциальное развитие торгово-экономических связей с Азербайджан. Но не будем забывать и об одном очень важном обстоятельстве: 2026-й — предвыборный год. Возможны неожиданные процессы, направленные на создание властями иллюзии более быстрого экономического роста по сравнению не только с предыдущими годами, но и с периодом так называемых «прежних властей». Поэтому делать прогнозы на 2026 год — пожалуй, самая сложная и неблагодарная задача.
— Центральный банк РА, например, прогнозирует рост ВВП в этом году в диапазоне 4,1–6,3%, а в 2027 году — 4,9–5,3%, ожидая также улучшения динамики внешней торговли. По оценке главного банка страны, абсолютная величина ВВП в 2026 году достигнет 12–12,3 трлн драмов. Это очередное «рисование цифр» или реалистичный показатель?
— Конечно, правительство и Центральный банк Армении публиковали различные прогнозы, но в основном они привязаны к оценкам Международного валютного фонда, Всемирного банка и других международных структур. Если рассматривать ситуацию по отдельным отраслям экономики, то нет ни комплексного планирования, ни концептуального подхода. Хотя 8 января 2026 года правительство приняло документ о так называемой смене парадигмы, очевидно, что его общие положения не учитывают особенности экономики Армения, а их реалистичность вызывает вопросы.
— Насколько прогноз ВВП учитывает факторы риска и неопределенности? Может ли это привести к более высокой инфляции?
— Важна не только инфляция, которая, безусловно, может оказаться выше прогнозируемой. Развитие событий может привести к росту цен, особенно на товары первой необходимости. Экономика страны находится в состоянии турбулентности, инфляционное давление довольно высоко. При этом индекс потребительских цен рассчитывается примерно на основе 500 товаров и услуг, что может создавать обманчивую картину: усредненный показатель может оставаться в пределах 3 ± 1,5%. Конечно, это представлялось общественности и в предыдущие годы, однако в стране с высоким уровнем бедности гораздо важнее отслеживать инфляцию на товары первой необходимости, рост цен на которые в 2025 году выражался двузначными значениями.
— Главное политическое событие — парламентские выборы в июне текущего года. Как они могут повлиять на экономическую ситуацию, независимо от того, какая политическая сила пройдет в парламент или сохранится ли власть Пашиняна?
— Влияние на экономику напрямую зависит от того, какая политическая сила получит большинство, поскольку до сих пор отсутствует полноценная ответственность за экономическую политику. Публикуются фрагментарные данные, но остается главный вопрос: хотим ли мы построить национальную экономику или нет? Или же по инерции реализуем краткосрочные эпизодические программы, заимствованные из разных источников, и представляем это как экономический рост? Безусловно, будут звучать обещания и появляться новые «нарисованные» программы, созданные по принципу «copy-paste». Однако сегодня ни у одной политической силы нет четкого представления о структуре экономики страны. Не стоит забывать, что за прошедшие годы мы потеряли значительную часть национального богатства, включая ресурсы Республика Арцах: рудники, зерновые ресурсы, энергетические мощности и многое другое. Сейчас сложилась качественно новая ситуация с новыми региональными реалиями, и игнорирование этих факторов не может дать ощутимых результатов для общества.
Ара Алоян
