Собеседник "Грапарак" - Сирануш Саакян - президент Центра международного и сравнительного права, представляющая интересы армянских пленных в Европейском суде
- До начала COP-29 в разговоре с нами вы сказали, что поддерживаете связь с международными структурами и отдельными лицами, которые намерены принять участие в этой конференции, чтобы предать огласке проблему армянских пленных в Баку. Есть ли связь с какой-либо организацией или отдельным лицом, участвующим в этой конференции?
- Мероприятие продолжается, и, естественно, мы следим за его ходом, развитием событий, заявлениями, которые делаются в его контексте. Были прогнозы, что в связи с этим событием возможно освобождение определенного числа пленных. Не исключается, нужно дождаться окончания мероприятия и подвести итоги. Как вы знаете, делегации присоединяются к мероприятию на разных этапах. Есть делегаты, которые пришли с самого начала, есть делегаты, которые примут участие на более поздних этапах. Меняется и динамика поднимаемых в дискуссиях вопросов. По моему мнению, нужно дождаться конца мероприятия и посмотреть, как будут развиваться события.
- Я правильно вас поняла, что все еще есть надежда, что в конце мероприятия некоторые армянские пленные вернутся в Армению, тема еще не закрыта?
- Мы не исключаем. Да, не исключаем.
- Жена ливанского армянина Вигена Эулджекяна сказала мне, что ее муж уже долгое время отказывается выходить с ними на связь, и она боится, что ему не разрешают общаться с семьей. Является ли это единичным случаем или есть аналогичная ситуация и в отношении других пленных? Связано ли это с тяжелым психологическим состоянием или здоровьем наших пленных?
- Отмечу, что это не единственный случай. Аналогичную информацию нам передали и другие семьи. Это говорит о тяжелом морально-психологическом состоянии или о таком сильном давлении, вследствие чего они отказываются пользоваться своими правами. Да, это не решение, принятое на основе свободного волеизъявления, а – действие, совершенное под угрозой давления. Интересно, что это происходит именно на этапе подготовки к COP-29, и за этим я вижу государственную практику.
- Нет ли противоречий? С одной стороны, вы говорите, что есть надежда, что после окончания конференции некоторые пленные будут освобождены, а с другой - накануне конференции на пленных оказывается давление, чтобы они не выходили на связь с родственниками?
- Чтоб не выходили на связь, не предавали проблему международной огласке, чтоб семьи хранили молчание, потому что интернационализация проблемы усиливает внешнее давление на власти. То есть, здесь государство осуществляет деятельность по сдерживанию шагов по оказанию давления, и хочет, чтобы армянская сторона хранила молчание, чтобы проблему решили в двусторонних отношениях, без внешнего вмешательства. Но, с другой стороны, международные партнеры осведомлены об этой проблеме и, в пределах своих возможностей пытаются внести свой вклад в решение этой гуманитарной проблемы. И здесь ведется работа. Какие результаты мы получим, наши международные партнеры пока сказать не могут, поскольку само мероприятие еще не завершено, и определенные развития связанные с мероприятием, все еще могут быть.
- Есть ли какая-либо информация о давлении, оказываемом на наших пленных? Идет ли речь о жестоких пытках или о другом давлении?
- Мы не можем говорить о конкретных проявлениях по той простой причине, что информация ограничена. Мы можем делать предположения на основе рассказов вернувшихся. Но у нас достаточно данных, чтобы утверждать, что они отказываются от общения под угрозами и давлением. Потому что во внутрисемейных отношениях нет такой причины, в силу которой последние отказались бы говорить. Предыдущие анализы показывают, что связь этих людей с членами семьи очень важна для них, и они с нетерпением считают дни до этих звонков или обмена сообщениями, поэтому реализация права на телефонный звонок или другое средство связи отвечает интересам семей и пленных. И если есть отказ, то отказ обусловлен именно внешним воздействием.
- То есть принудительно?
- Да, да, за этими действиями мы не видим решения, принятого на основе свободного волеизъявлении.
Айка Алоян
