С ночи 13 июня, уже пятый день подряд, мы слышим и читаем о том, как Израиль наносит удары по территории Ирана, а Иран отвечает. Кажется, будто война идёт между Израилем и Ираном, и её целью является срыв иранской ядерной и ракетной программы. Израиль хочет не допустить, чтобы Иран обладал ядерным оружием, ведь развитые ракетные технологии помогут Тегерану доставить это оружие до цели. Так называемая «Большая семёрка» — США и шесть их вассалов, которые считаются крупнейшими экономиками мира, — под-держали «право Израиля на самооборону», утверждая, что, нападая первым, он всего лишь защищается от Ирана. В свою очередь, Иран защищает свой суверенитет и стремится при-нимать решения, исходя из национальных и государственных интересов, а не под диктовку извне. Однако есть ряд вопросов, заставляющих задуматься: а действительно ли то, что мы видим, отражает причинно-следственные связи происходящего?
Самый большой вопрос — почему Израиль атаковал Иран в тот момент, когда Иран вёл ак-тивные переговоры с США по поводу своей ядерной программы? Иран, со своей стороны, был готов идти на уступки, заявляя, что не стремится создать ядерное оружие и даже готов передать свои ядерные объекты под международный контроль. Если бы целью США и Из-раиля действительно было не допустить создания Ираном ядерного оружия, не было ли бо-лее эффективным решением достичь этого через переговоры? Ведь война — это, во-первых, непредсказуемый по результату шаг, а во-вторых — путь к огромным человеческим и мате-риальным потерям для обеих сторон. Выходит, что ядерная программа была лишь предло-гом, а настоящая причина войны — иная.
Как в начале своего первого, так и второго срока Дональд Трамп провозгласил главным врагом США Китай, который действительно представляет угрозу американской гегемонии. Изначально Трамп пытался оказать давление на Китай экономическими методами — вводя пошлины на китайские товары, чтобы сократить китайский экспорт и стимулировать промышленность и производство в США. Однако очень быстро американские власти поняли, что высокие пошлины неэффективны. Китай начал переносить своё производство в другие страны, в том числе в европейские, например, в Венгрию. Это означало, что США должны были вводить пошлины уже не только на китайские, но и на товары стран, которые с ним сотрудничают. А таких стран достаточно много. Кроме того, когда вводишь пошлины против кого-то, он отвечает тем же, и от этого страдают уже американские производители.
В итоге США пришли к выводу: чтобы сдержать Китай, нужно идти более радикальным пу-тём — лишить его дешёвого сырья и инфраструктуры, чтобы китайские компании не имели доступа к необходимым ресурсам и не могли эффективно экспортировать свою продукцию. Находясь под санкциями США длительное время, Иран выстроил новую, так называемую экономическую экосистему — нашёл новых торговых партнёров, не боящихся обойти санк-ции и готовых торговать с Ираном. Главным из таких партнёров является Китай. Основной покупатель иранской нефти — Китай, а Иран — это огромный рынок сбыта китайских то-варов, куда западные компании не допускаются. Китайские фирмы в Иране работают почти в монопольном режиме.
Кроме того, Иран для Китая — не просто источник дешёвого сырья и рынок сбыта, но и незаменимый партнёр по инфраструктурным проектам. Китайская инициатива «Один пояс — один путь» предполагает несколько маршрутов, но иранский — самый надёжный: он самый короткий и проходит по территории страны, на которую США и их союзники не имеют влияния. США могут приказать Казахстану или Азербайджану перекрыть путь китайским грузам, но на Иран они повлиять не в силах — это не американский вассал, а независимое государство. Скорее всего, в ходе переговоров с Ираном американская сторона пыталась заставить Иран принять вассальную зависимость от нее, при которой Иран должен был бы подчи-няться американским условиям. Ядерная сделка была бы лишь первым шагом, за которым последовали бы требования разорвать связи с Китаем. Однако иранские власти отказались добровольно отдать суверенитет. Тогда США, руками Израиля, начали вооружённое напа-дение на Иран, чтобы добиться смены власти и установить в стране режим, подчиняющийся американской гегемонии.
В Китае прекрасно понимают: нападение Израиля на Иран — это фактически нападение США на Китай. Поражение Ирана означало бы, что Китай теряет одного из важнейших со-юзников. Китай оказывает Ирану поддержку, чтобы тот смог защититься и не превратился в очередную американскую колонию. Но возникает вопрос — достаточно ли этой помощи, чтобы Иран смог выстоять перед атакой США и Израиля? Ведь когда одна сторона проявля-ет инициативу и идёт в наступление, а другая действует осторожно и обороняется — побеждает, как правило, первая.
Аветис Бабаджанян
