Окружение Никола Пашиняна — это уже далеко не те «с рваными брюками» и пустыми карманами, которыми он так любил хвастаться. Он говорил: «Я не такой, как другие. Я привел с собой обычных бедных людей из народа». Но за девять лет эти «обычные люди» настолько изменились, их настолько разнесло, что сегодня в них уже трудно узнать вчерашних парней.
За эти девять лет они настолько набрали вес, что Пашинян, глядя на них, буквально облизывается: надо же, как «нагуляли жирок» — самое время для «убоя». «Я их обогатил, я их хозяин, — думает он. Захочу — уволю по SMS, захочу — отниму всё, что есть». И делает это. Мы тому свидетели.
Кажется, вокруг тишина. Но в политике молчание далеко не всегда означает преданность. Иногда молчание — это всего лишь режим ожидания. Самая большая опасность для любой власти исходит не извне. Внешнего противника ты видишь и можешь бороться с ним. А вот трещина изнутри начинается там, где тебе улыбаются, кивают, со всем соглашаются, но про себя уже просчитывают: если завтра ситуация изменится, где окажутся они сами? Пашинян, возможно, считает, что удерживает этих людей силой государства. Но время показывает: удерживают их прежде всего возможности, которые дает власть, и привычный комфорт. И именно здесь скрывается главное политическое противоречие.
Тот, кто годами окружает себя людьми, целиком и полностью обязанными ему своим положением, часто забывает: однажды именно эти люди могут стать не самыми преданными защитниками, а самыми опасными свидетелями. Потому что они знают всю внутреннюю кухню власти, весь путь принятия решений и детали разговоров за закрытыми дверями.
Сегодня кажется, что вокруг полная тишина. Но в политике самые громкие звуки часто исходят именно от тех, кто дольше всех молчал. И если однажды система начнет давать трещину — а она уже дает трещину, — то самый тяжелый удар по Николу Пашиняну может прийти не с площади, а именно из того окружения, которое он сам годами создавал, взращивал и наделял властью.
Потому что один из самых жестоких законов власти гласит: когда ты поднимаешь людей лишь для того, чтобы они были рядом с тобой, они остаются рядом только до тех пор, пока руль находится в твоих руках. Поэтому если однажды против Никола Пашиняна выступят его же люди, самым большим сюрпризом станет не сам факт выступления, а то, что многие из них окажутся не пришедшими извне, а теми самыми, кого он сам вырастил, поднял и кто годами стоял с ним бок о бок. И когда в народе с иронией говорят: «Пашиняна снимут его же люди», — в этих словах кроется не только юмор. В них заключена простая политическая мудрость: самая большая опасность часто исходит не от тех, кто стоит далеко, а от тех, кто долгое время был рядом.
