25 февраля на сцене Русского драматического театра имени Станиславского состоялась премьера спектакля «Блокада», в основу которого легли события блокады Арцаха. По сюжету ереванская семья приезжает в гости к арцахской, и именно в этот момент начинается блокада. Две, на первый взгляд, совершенно разные семьи оказываются вынуждены выживать под одной крышей, будучи отрезанными от внешнего мира. Никто не знает, чем всё закончится. Режиссер-постановщик спектакля — Седрак Годжаманян, автор пьесы — Ани Магакян. «Первоначальная идея “Блокады” возникла у продюсера Армена Петросяна. В один прекрасный день мы с Арменом, обмениваясь мыслями, пришли к выводу, что стоит поставить спектакль о блокаде Арцаха. Обсудили, с кем воплотить эту идею, кто сможет написать сильный сценарий, кто лучше всего передаст образы героев… Армен пригласил также нашу дорогую Софью Гулян в качестве сопродюсера — и всё началось», — рассказал режиссер Седрак Годжаманян. Сценарист Ани Магакян, известная по ряду телевизионных проектов, впервые обратилась к драматургии и признаётся, что подошла к теме с большой ответственностью.
Мы побеседовали с актрисой Марджан Аветисян, исполнившей одну из главных ролей.
— Поскольку сегодня власти запрещают даже произносить слово «Арцах», постановка спектакля на эту тему — большая смелость. Расскажите о пьесе.
— Прежде всего скажу: хорошо, что власти уже не скрывают реальность и не обещают, что «когда-нибудь всё будет хорошо». Они прямо заявляют: об Арцахе говорить не будут, а те, кто заговорит, разделят судьбу директора Музея-института Геноцида. Что касается спектакля, он почти не затрагивает политические темы — задачи создать политическую постановку не было. Режиссер и продюсер хотели рассказать о человеческих переживаниях: о людях, потерявших дом, родину — всё. Я очень рада, что этот спектакль существует. Не знаю, как долго он продержится на армянской сцене, но сама идея очень светлая.
Спектакль, разумеется, коммерческий — никакой государственной поддержки нет. Отклики очень хорошие. Я хочу, чтобы его посмотрели не только арцахцы, но и жители Республики Армения. Впрочем, они уже приходят, и я часто слышу, что они довольны пьесой, рады таким постановкам. Люди говорят: «Хорошо, что мы хотя бы не забываем имя Арцах и помним, что рядом с нами живут люди, нуждающиеся в заботе». Для арцахцев спектакль эмоционально тяжёлый, но они приходят с большим желанием. Главная цель — рассказать об их судьбах и не допустить равнодушия.
— Не видите ли вы опасности, что в какой-то момент театрам могут запретить ставить спектакли об Арцахе?
— Разве директор Музея Геноцида мог предположить, что его уволят просто за подаренную книгу? Конечно, нет. Мы живём в непредсказуемое время. Никто не знает, какие решения могут быть приняты завтра. Даже если мы перестанем произносить слово «Арцах», повод заставить нас молчать всё равно найдут. Я не сомневаюсь, что могут попытаться оказать давление.
— Но мы живём в независимой стране, где декларируется демократия. Разве искусство не должно быть свободным?
— До 2018 года мы почти не говорили о демократии. Эта тема активно зазвучала с приходом новой власти, которая состояла из молодёжи и должна была быть особенно заинтересована в демократических ценностях. Однако мы видим, что действия не соответствуют реальной демократии. Более того, подобная ситуация наблюдается и в мире: под именем демократии часто говорят одно, а делают другое. Армения, к сожалению, не является исключением. Назвали это «демократией», но мы видим: что хотят, то и творят.
— Власти пытаются создать впечатление, что тема Арцаха не интересует общество. Более того, что общественность якобы не любит Арцах и арцахцев. Кто приходит на «Блокаду»? Действительно ли людям это безразлично?
— Даже те, кто внешне демонстрирует равнодушие, в глубине души переживают. Люди понимают, что что-то идёт не так, и официальные телеканалы не отражают реальность. Чем больше запрещают говорить об Арцахе, тем сильнее внутри растёт протест. Люди задают простой вопрос: почему нельзя говорить о государстве, которое почти 30 лет было армянским? Не говоря уже о том, что на протяжении тысячелетий Арцах принадлежал армянам. Невозможно заставить людей забыть или стереть память. Интерес к спектаклю большой — залы полные. Эта тема по-прежнему крайне важна. Я очень люблю этот спектакль и своего персонажа. Это история о людях с тяжёлой судьбой, которые не теряют желания жить и способности мечтать. О тех, кто не ломается после катастрофы и продолжает помнить свой дом.
— В фильме «Последний спарапет» вы также исполняете одну из главных ролей. Какую роль сегодня играют патриотические фильмы?
— Они напоминают людям, что мы есть и будем. Для нового поколения особенно важно знать свою историю — в том числе личность Вазгена Саргсяна. Молодёжь должна знать, кем мы были на протяжении тридцати лет и во что превратились сегодня.
Айк Геворгян
