Уже продолжительное время насильственно перемещённые арцахцы проводят акции протеста, требуя обеспечить безопасное возвращение в Арцах и выступая против языка вражды, который всё чаще звучит в их адрес. После 2018 года в Армении язык ненависти и оскорблений стал особенно распространённым. Каждая власть, и особенно власть Пашиняна, стремится управлять этим потоком, направляя его против политических оппонентов. Кто именно оказывается в роли «врага» — вопрос текущей политической конъюнктуры. Постоянной мишенью остаётся оппозиция, но под удар попадают также русские, пророссийски настроенные граждане, журналисты, представители церкви, военные, а с 2023 года — арцахцы. Пашиняновская власть делает всё возможное, чтобы избавиться от «бремени Арцаха», даже от самой памяти о нём, используя язык вражды как инструмент подавления: заставить замолчать, сломить волю, лишить смысла борьбу за Арцах.
Однако язык ненависти распространяют и те, кто заявляет о борьбе с ним — в том числе и сами арцахцы. Тиражируя высказывания маргиналов, они придают им значимость, тем самым поощряя использование этой риторики. Если видно, что это работает — почему бы и не применять? Тем временем проклятия и оскорбления сыплются на всех: на интеллигенцию, на заслуженных людей, на родственников погибших героев. Мишенью становятся и представители власти — в том числе Никол Пашинян и Анна Акопян. Однако реакция на этот поток брани разнится: кто-то, как властная чета, словно черпает в этом вдохновение, а кто-то — особенно вынужденные переселенцы из Арцаха — воспринимает происходящее крайне болезненно.
Стоит ли тратить силы и разрушать собственное здоровье на борьбу с искусственно раздутой агрессией? Куда важнее голоса тех, кто говорит искренне и от сердца — слова поддержки, боли и сопереживания от Микаэла Наапетяна, Лилит Блеян, Марине Петросян и других. Их позиция куда значимее, чем ругань какой-нибудь неизвестной Марины Григорян, ведомой либо личными интересами, либо простой глупостью.
Депутат из Арцаха Метаксе Акопян в интервью изданию «Грапарак», говоря о волне ненависти в адрес арцахцев, отметила: «Я считаю, что убеждать и доказывать что-либо нужно не словами, а делами. Многие арцахцы придерживаются схожего мнения, просто их голос теряется в общем шуме. Очень многие из нас, включая меня, с теплотой отзываются о соотечественниках в Армении. Это было и в 2016 году, и в 2020-м, и продолжается сейчас. Но особенно хочу выделить период последней войны, когда женщины, дети и старики были вынуждены переехать в Армению. Мы были тронуты тем, как ереванцы бескорыстно открывали свои дома для наших семей. Говорить о плохом, забывая о хорошем — несправедливо.»
Она также добавила: «В Армении разжиганием ненависти занимается пропагандистская машина власти. Распространяются вымышленные истории — будто в Арцахе солдатам не давали воды или запрещали поднять упавший с дерева гранат, а за это якобы даже избили. Но я лично знаю людей из Арцаха, которые с заботой относились к военным, приглашали их в гости, угощали, подружились с семьями десятков солдат. Некоторые из этих отношений переросли в настоящую дружбу — стали кумовьями. Почему мы забываем об этом, акцентируясь лишь на негативе? Это бессмысленно. Власть сеет ненависть, что лишь подчеркивает ее слабость. Сильные не прибегают к языку ненависти. Я не испытываю ненависти ни к Пашиняну, ни к его преступной группе — потому что мне нужно оставаться сильной. Я не могу позволить себе быть слабой. Нужно концентрироваться на хорошем. Мы же помним те добровольцев, которые встречали нас, помогали с переездом, оказывали бескорыстную помощь. Их нельзя забывать.
Так зачем же власть разжигает рознь? Ответ очевиден: они хотят спровоцировать внутренние столкновения. А почему бы и нет, если это выгодно?»
Айк Геворгян
