Военнослужащий Государственной пограничной службы (ГПС) в сообщении, направленном в Meydan TV, рассказал о системных денежных поборах в воинских частях, проблемах с обеспечением, тяжелом социальном положении личного состава и давлении на тех, кто выражает недовольство. По словам источника, случаи самоубийств в таких условиях не являются случайными. На фоне этих свидетельств особенно контрастно звучат заявления президента Ильхама Алиева о «грандиозных реформах», заботе о военнослужащих и укреплении армии. В официальных речах армия представляется опорой государства и предметом национальной гордости, однако реальность, описанная самими военнослужащими, указывает на системные проблемы — коррупцию, социальную незащищённость и давление на личный состав. Этот разрыв между публичной риторикой и реальным положением дел продолжает расти, а его цену, судя по всему, платят рядовые солдаты и офицеры.
Два самоубийства: сообщения о выстрелах в Газахе и Евлахе
По информации анонимного источника, 2 января 2026 года в воинской части ГПС, расположенной в Евлахском районе, покончил с собой офицер — старший лейтенант Шамо Эмин оглы Алиев (1988 г.р.), уроженец села Чеменли Агдамского района. Он был женат, у него остались дети.
Источник также напоминает о другом инциденте, о котором ранее сообщали СМИ: 19 ноября прошлого года в N-ской воинской части ГПС в Газахском районе во время службы застрелился солдат Акпер Ровшан оглы Алекперов (2001 г.р.). По словам собеседника, после подобных случаев любые вопросы внутри личного состава вызывают подозрения: «Он был не из нашей роты. Но когда начинаешь расспрашивать больше остальных, на тебя сразу смотрят с подозрением».
«Платят медиа, чтобы удаляли новости»
Источник утверждает, что в ГПС крайне болезненно реагируют на любую огласку. По его словам, после жалоб на поборы в Газахском подразделении последовали жесткие предупреждения: «Приехали и пригрозили возбуждением уголовных дел. Сказали: “Мы найдем тех, кто сливает информацию, ваши телефоны прослушиваются”». Он также заявляет, что используется финансовое давление на СМИ: «В ГПС заведено так: платят деньги медиа, чтобы те удаляли новости о них».
«Ремонтный фонд»: 50 манатов с прапорщика, 100 — с офицера
Одним из самых серьезных обвинений являются регулярные денежные сборы. По словам источника, каждый месяц с военнослужащих взимают средства якобы на «ремонтный фонд»: «С прапорщиков берут по 50 манатов, с офицеров — по 100. Мы устали от этого». Отказ платить, по его утверждению, влечет наказание: «Если не дашь — объявляют выговор или увольняют по служебному несоответствию. Так выгнали одного прапорщика, и теперь все запуганы».
Аккумуляторы для БТР: «вешают на шею и заводят по очереди» Собеседник также говорит о проблемах с материально-техническим обеспечением и возможной коррупции. По его словам, новые аккумуляторы для бронетехники не выдаются: «БТРы стоят в части, аккумуляторы должны быть новыми, они дорогие. То ли деньги списали, то ли присвоили — но новых не дают». Ситуация, по его словам, доходит до абсурда: «Выдали один новый аккумулятор. Его “повесили на шею” солдату, и он по очереди заводит все машины».
«Деньги на похороны»: по 10–20 манатов ежемесячно
Помимо этого, военнослужащие, по утверждению источника, обязаны ежемесячно сдавать деньги в так называемый «похоронный фонд» («dead money»)): «С нас ежемесячно собирают по 10–20 манатов “на погребение”. Якобы если кто-то умрет, деньги передадут семье». По его подсчетам, в одной части таким образом может накапливаться до 20 тысяч манатов. Всего в системе ГПС около 50 воинских частей. Огромные суммы. При этом реальные выплаты, по словам источника, несоразмерны: «Когда умер один из офицеров, семье дали всего 500–600 манатов». Он также утверждает, что сборы носят обязательный характер: «В январе 2024 года умерла мать начальника главного управления, генерал-лейтенанта Расула Тагиева. Во всех войсках собирали деньги — минимум по 10 манатов с каждого».
«Зарплаты хватает на неделю»
Источник описывает социальное положение военнослужащих как «невыносимое»: «У 90% военных есть кредиты. Зарплату в тот же месяц отдаем за долги и кредиты. На оставшееся можно прожить максимум неделю». Особенно тяжело, по его словам, семейным военнослужащим, которые вынуждены обращаться к ростовщикам. Он также рассказал о трагическом случае, произошедшем несколько лет назад: «Один военнослужащий взял деньги под проценты. Ростовщики забрали его зарплатную карту и дали деньги в долг. Он не смог платить проценты, зарплату ему не отдали. Он был в отчаянии. Был женат. Бросился под поезд — ему отрезало руку, и позже он умер от потери крови. Это было 4–5 лет назад».
«Зарплату выдают на карту, а затем заставляют совершать покупки»
Анонимный источник утверждает, что на практике военнослужащие косвенно «исключаются» из официальной системы оплаты труда. По его словам, несмотря на то что в целях снижения коррупционных рисков зарплаты перечисляются на банковские карты, впоследствии солдат принуждают тратить эти средства в строго определённых местах. «Чтобы предотвратить коррупцию, солдатам платят на карты. Однако затем их заставляют покупать необходимые принадлежности в кафе и магазинах, расположенных на территории воинской части», — говорит источник.
Он утверждает, что эти объекты связаны с руководством, а их деятельность вызывает серьёзные вопросы с точки зрения налогообложения и снабжения. По его словам, сеть кафе принадлежит руководству ГПС, а совершение покупок там является обязательным. Кассовые аппараты отсутствуют, налоги не уплачиваются. Коммунальные расходы оплачиваются за счёт воинской части. При этом продукты для приготовления еды, по утверждению источника, берутся со складов, предназначенных для солдат. Таким образом, продовольствие, рассчитанное на личный состав, используется для приготовления блюд, которые затем продаются офицерам и прапорщикам.
«Деньги на одежду не выдаются годами»
Источник также заявляет, что выплаты, предусмотренные за вещевое обеспечение, не производятся уже много лет. «Мы уже несколько лет не получаем деньги на одежду. Форму уже много лет шьём за свой счёт. Нам выдают ткань и говорят: “Идите, шейте сами”. Хотя по закону это должно оплачиваться. В последний раз в 2020 году нам выплатили 170 манатов. Сколько положено сейчас — не знаю. С тех пор никаких выплат мы не видели», — утверждает военнослужащий.
Недовольство службой в Карабахском регионе
По словам источника, несмотря на то что общие условия службы в Министерстве обороны (МО) могут быть хуже, чем в ГПС, там лучше заботятся о военнослужащих. «В МО вовремя выплачивают премии и праздничные надбавки. У нас же праздничные выплаты начисляют на бумаге, но фактически не выдают. Каждый год в январе задерживают зарплату, причины нам не объясняют», — говорит он. Источник отмечает, что офицеры, окончившие военные академии, вынуждены продолжать службу, так как уже адаптированы к системе. В то же время прапорщики и военнослужащие сверхсрочной службы, столкнувшись с реальными условиями, разочаровываются и покидают службу.
«Уволиться из армии практически невозможно»
Военнослужащий утверждает, что в сложившихся условиях увольнение стало крайне затруднительным. «Рапортов на увольнение очень много, но их фактически удерживают силой. Рассмотрение намеренно затягивают, людей кормят обещаниями высокой зарплаты. Когда же новобранцы сталкиваются с реальностью, они сразу пишут рапорт и хотят уйти», — рассказывает источник. По его словам, есть прапорщики, которые уже около года не появляются в воинской части, однако официально со службы не уволены. «Им ничего не говорят, но и увольнение не оформляют — просто потому, что руководство не хочет сокращения численности личного состава», — добавляет он.
Отсутствие ротации в карабахской зоне
Анонимный источник также сообщает о массовом недовольстве среди военнослужащих, направленных в карабахскую зону, из-за отсутствия ротации. «Те, кто служит в карабахском регионе, массово пишут рапорты. Однако уже 4–5 лет место службы не меняется. Особенно тяжёлые условия — в направлениях Лачина и Губадлы. Есть военнослужащие, которые до сих пор живут в палатках», — утверждает он. По словам источника, в ответ на массовые рапорты об увольнении в части направляют представителей военной прокуратуры, которые, как утверждается, оказывают давление и запугивают возбуждением уголовных дел. «Людей удерживают там именно через давление», — заключает он. (Материал переведен с азербайджанского)
