24 марта на заседании парламентской комиссии НС по вопросам европейской интеграции заместитель министра иностранных дел Паруйр Ованнисян заявил, что между Арменией и ЕС начался политический диалог, в рамках которого будут проводиться активные работы по вопросам безопасности и обороны. Впервые компонент безопасности был включён в переговоры с ЕС. Ранее, в частности, в Соглашении о всеобъемлющем и расширенном партнёрстве (CEPA) между Арменией и ЕС эта сфера не была предусмотрена.
Газета «Грапарак» поинтересовалась у политолога Акопа Бадаляна, как ЕС будет обеспечивать или поддерживать безопасность Армении, если он не может гарантировать собственную безопасность без активной поддержки США. Не свидетельствует ли это о том, что власти Армении оторваны от реальности?
Политолог отметил, что эти вопросы не связаны между собой, поскольку речь идёт о разных задачах, масштабах и политической логике. «Если мы говорим о компоненте безопасности в отношениях Армении и ЕС, то должны понимать, что конкретно в него входит. Например, помощь, полученная в прошлом году из Европейского фонда мира в размере 10 миллионов евро, предусматривала лишь полевой лагерь с амбулаторными возможностями. Или, как заявили европейцы, поставки оружия несмертельного действия и поддержку нелетальным оборонительным оборудованием», — пояснил Бадалян. Он добавил, что если правительству удастся выстроить такие отношения, чтобы получать хотя бы несмертельное вооружение, это будет положительным результатом. Это позволит сэкономить ресурсы и расширит возможности.
«Однако есть ещё один нюанс: обсуждения на эту тему преподносятся армянской общественности в такой логике, что она воспринимает их так, будто Европейский Союз предоставляет Армении гарантии безопасности или существенную помощь в оборонной сфере, способную значительно усилить её потенциал. Но здесь важно различать реальные перспективы и не впадать в заблуждение, полагая, что эти переговоры и программы поддержки в сфере безопасности равнозначны гарантиям безопасности», — подчеркнул политолог.
По его словам, такая тенденция, вероятно, будет сохраняться, поскольку может использоваться как пропагандистский материал для внутреннего потребления и формирования определённых настроений среди электората. «Но это было бы путаницей, ведь обсуждения вопросов безопасности с ЕС не содержат даже намёка на гарантии безопасности», — считает Бадалян.
Он отметил, что сам по себе такой диалог полезен, и даже скромная помощь в виде нелетального вооружения может быть ценной для Армении. «Главное, чтобы общество не вводили в заблуждение», — добавил эксперт. На замечание о том, что подобные обсуждения не только искажённо преподносятся общественности, но и ведутся в ущерб отношениям Армения–Россия, которые и так находятся в кризисном состоянии, Бадалян ответил, что реакция Москвы зависит от содержания переговоров между ЕС и Арменией.
«Риски, связанные с возможным недовольством России или Ирана, определяются конкретными договорённостями. Если речь идёт лишь о нелетальном вооружении, то, думаю, серьёзных угроз нет, хотя заявления могут последовать. Однако ориентироваться только на них не совсем верно — за кулисами идут сложные дипломатические игры, особенно в контексте отношений Европы и России», — сказал он.
«Крайне важно, чтобы параллельно с сотрудничеством с ЕС Армения эффективно работала и с Россией, и с Ираном, разъясняя, что речь не идёт о создании стратегических угроз, а лишь о расширении возможностей. Проблема в том, насколько качественно будет проведена эта дипломатическая работа», — заключил Бадалян.
«Более того, считаю, что ЕС и сам не готов к более глубокому взаимодействию. По крайней мере, пока говорить об этом преждевременно», — резюмировал политолог.
Айка Алоян
